В наши дни модно констатировать смерть утопии и приветствовать такой исход — но верно ли это? Автор рассматривает утопическую традицию и её место в общественном сознании — особенно в такие кризисные эпохи, как нынешняя. При этом утопия определяется как картина альтернативной реальности, в основе которой лежат определённые ценности. И именно обоснование и защита этих ценностей — главная цель утопии, более важная, чем любые материальные плоды. Кроме того, утопическим можно считать лишь такой проект, который хотя бы самому автору кажется возможным в реальном мире. Это позволяет, с одной стороны, исключить из рассмотрения картины, требующие невероятных условий (например, чудес), и вообще не сводить утопию лишь к факту литературы. С другой стороны, к утопиям могут быть отнесены и такие проекты, авторы которых вообще не опирались ни на какой письменный текст. Автор рассматривает утопические проекты прежде всего с точки зрения возможности их осуществления. Особое внимание уделено условиям, при которых утопии могут сбываться. Показано, что все сбывшиеся утопии были частичными — то есть, во-первых, изначально были рассчитаны лишь на сравнительно небольшие группы, а во-вторых, не претендовали на преобразование всего прежнего образа жизни, ограничиваясь лишь отдельными его сторонами. Кроме того, успешные утопические общины состояли — и состоят — исключительно из добровольцев; всякое принудительное участие в утопическом эксперименте здесь исключается. Только при таких условиях утопическая община (в чём бы ни заключалась её программа) может не только выжить, но и принести плоды, ценные и для окружающего мира.
Для историков, социологов, исследователей культуры, а также для широкого круга читателей
Є в наявності
25,00 €
В наши дни модно констатировать смерть утопии и приветствовать такой исход — но верно ли это? Автор рассматривает утопическую традицию и её место в общественном сознании — особенно в такие кризисные эпохи, как нынешняя. При этом утопия определяется как картина альтернативной реальности, в основе которой лежат определённые ценности. И именно обоснование и защита этих ценностей — главная цель утопии, более важная, чем любые материальные плоды. Кроме того, утопическим можно считать лишь такой проект, который хотя бы самому автору кажется возможным в реальном мире. Это позволяет, с одной стороны, исключить из рассмотрения картины, требующие невероятных условий (например, чудес), и вообще не сводить утопию лишь к факту литературы. С другой стороны, к утопиям могут быть отнесены и такие проекты, авторы которых вообще не опирались ни на какой письменный текст. Автор рассматривает утопические проекты прежде всего с точки зрения возможности их осуществления. Особое внимание уделено условиям, при которых утопии могут сбываться. Показано, что все сбывшиеся утопии были частичными — то есть, во-первых, изначально были рассчитаны лишь на сравнительно небольшие группы, а во-вторых, не претендовали на преобразование всего прежнего образа жизни, ограничиваясь лишь отдельными его сторонами. Кроме того, успешные утопические общины состояли — и состоят — исключительно из добровольцев; всякое принудительное участие в утопическом эксперименте здесь исключается. Только при таких условиях утопическая община (в чём бы ни заключалась её программа) может не только выжить, но и принести плоды, ценные и для окружающего мира.
Для историков, социологов, исследователей культуры, а также для широкого круга читателей
В наши дни модно констатировать смерть утопии и приветствовать такой исход — но верно ли это? Автор рассматривает утопическую традицию и её место в общественном сознании — особенно в такие кризисные эпохи, как нынешняя. При этом утопия определяется как картина альтернативной реальности, в основе которой лежат определённые ценности. И именно обоснование и защита этих ценностей — главная цель утопии, более важная, чем любые материальные плоды. Кроме того, утопическим можно считать лишь такой проект, который хотя бы самому автору кажется возможным в реальном мире. Это позволяет, с одной стороны, исключить из рассмотрения картины, требующие невероятных условий (например, чудес), и вообще не сводить утопию лишь к факту литературы. С другой стороны, к утопиям могут быть отнесены и такие проекты, авторы которых вообще не опирались ни на какой письменный текст. Автор рассматривает утопические проекты прежде всего с точки зрения возможности их осуществления. Особое внимание уделено условиям, при которых утопии могут сбываться. Показано, что все сбывшиеся утопии были частичными — то есть, во-первых, изначально были рассчитаны лишь на сравнительно небольшие группы, а во-вторых, не претендовали на преобразование всего прежнего образа жизни, ограничиваясь лишь отдельными его сторонами. Кроме того, успешные утопические общины состояли — и состоят — исключительно из добровольцев; всякое принудительное участие в утопическом эксперименте здесь исключается. Только при таких условиях утопическая община (в чём бы ни заключалась её программа) может не только выжить, но и принести плоды, ценные и для окружающего мира.
Для историков, социологов, исследователей культуры, а также для широкого круга читателей
| Вага | 0,420000 кг |
|---|---|
| Розміри | 0,000000 × 0,000000 см |
Відгуки
Відгуків немає, поки що.