«Живет, как герцог»… Эта фраза вошла в английский язык, заставляя мысленно видеть яхты, загородные поместья, толпы верных слуг — и вообще роскошную жизнь. Люди по-прежнему отождествляют аристократический титул с понятием «родился в рубашке» или, в буквальном переводе, «родился с серебряной ложкой во рту», когда человек всегда живет припеваючи, не знает забот и не имеет никаких обязанностей. Не жизнь, а сплошной праздник с фамильными драгоценностями, сезонами охоты и шампанским.
Я часто задумываюсь над тем, не считают ли те тысячи посетителей, которые ежегодно бывают в аббатстве Вуберн, что я вел именно такую жизнь. Они видят прекрасное здание, которое принадлежало семейству Рассел в течение уже более четырех столетий, и вполне логично решают, что оно всегда было частью моего существования. А ведь я впервые увидел его уже подростком — и тогда же узнал, что главой нашей семьи считается герцог Бедфордский. Меня не пускали в школу и к другим детям, а потом практически бросили на произвол судьбы в студенческом пансионе в Блумсбери, назначив мне годовое содержание в девяносто восемь фунтов. В это время брак моих родителей распался. Отец лишил меня наследства, когда я решил жениться на женщине, которую полюбил. Мне пришлось быть агентом по продаже недвижимости, журналистом и служащим экспортной фирмы, пока, убедившись в том, что наладить отношения с отцом мне не удастся, я не уехал в изгнание в Южную Африку, чтобы стать садоводом.
А потом отца нашли застреленным. Я стал главой семьи, чье состояние оказалось на грани исчезновения.
Only 1 left in stock
5,28 €
«Живет, как герцог»… Эта фраза вошла в английский язык, заставляя мысленно видеть яхты, загородные поместья, толпы верных слуг — и вообще роскошную жизнь. Люди по-прежнему отождествляют аристократический титул с понятием «родился в рубашке» или, в буквальном переводе, «родился с серебряной ложкой во рту», когда человек всегда живет припеваючи, не знает забот и не имеет никаких обязанностей. Не жизнь, а сплошной праздник с фамильными драгоценностями, сезонами охоты и шампанским.
Я часто задумываюсь над тем, не считают ли те тысячи посетителей, которые ежегодно бывают в аббатстве Вуберн, что я вел именно такую жизнь. Они видят прекрасное здание, которое принадлежало семейству Рассел в течение уже более четырех столетий, и вполне логично решают, что оно всегда было частью моего существования. А ведь я впервые увидел его уже подростком — и тогда же узнал, что главой нашей семьи считается герцог Бедфордский. Меня не пускали в школу и к другим детям, а потом практически бросили на произвол судьбы в студенческом пансионе в Блумсбери, назначив мне годовое содержание в девяносто восемь фунтов. В это время брак моих родителей распался. Отец лишил меня наследства, когда я решил жениться на женщине, которую полюбил. Мне пришлось быть агентом по продаже недвижимости, журналистом и служащим экспортной фирмы, пока, убедившись в том, что наладить отношения с отцом мне не удастся, я не уехал в изгнание в Южную Африку, чтобы стать садоводом.
А потом отца нашли застреленным. Я стал главой семьи, чье состояние оказалось на грани исчезновения.
«Живет, как герцог»… Эта фраза вошла в английский язык, заставляя мысленно видеть яхты, загородные поместья, толпы верных слуг — и вообще роскошную жизнь. Люди по-прежнему отождествляют аристократический титул с понятием «родился в рубашке» или, в буквальном переводе, «родился с серебряной ложкой во рту», когда человек всегда живет припеваючи, не знает забот и не имеет никаких обязанностей. Не жизнь, а сплошной праздник с фамильными драгоценностями, сезонами охоты и шампанским.
Я часто задумываюсь над тем, не считают ли те тысячи посетителей, которые ежегодно бывают в аббатстве Вуберн, что я вел именно такую жизнь. Они видят прекрасное здание, которое принадлежало семейству Рассел в течение уже более четырех столетий, и вполне логично решают, что оно всегда было частью моего существования. А ведь я впервые увидел его уже подростком — и тогда же узнал, что главой нашей семьи считается герцог Бедфордский. Меня не пускали в школу и к другим детям, а потом практически бросили на произвол судьбы в студенческом пансионе в Блумсбери, назначив мне годовое содержание в девяносто восемь фунтов. В это время брак моих родителей распался. Отец лишил меня наследства, когда я решил жениться на женщине, которую полюбил. Мне пришлось быть агентом по продаже недвижимости, журналистом и служащим экспортной фирмы, пока, убедившись в том, что наладить отношения с отцом мне не удастся, я не уехал в изгнание в Южную Африку, чтобы стать садоводом.
А потом отца нашли застреленным. Я стал главой семьи, чье состояние оказалось на грани исчезновения.
| Weight | 0,500000 kg |
|---|---|
| Dimensions | 0,000000 × 0,000000 cm |
Reviews
There are no reviews yet.